Sadie (![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} sad_sadie) wrote,@ 2008-04-12 23:17:00 |
|
А теперь о легальных мигрантах…
Вдогонку к предыдущему посту: разумеется, легальные мигранты порой приносят пользу приютившему их государству. Тут речь не идет о беженцах и прочих, принятых по гуманитарным соображениям: эти зачастую занимаются тем, что проедают всевозможные пособия и голосуют за левые партии, которым они обычно и обязаны своей новой родиной. Речь идет о специалистах, действительно нужных для развития промышленности и хозяйства. Например, в Канаде публикуются списки примерно следующего содержания: «нам нужно Х медсестер, У программистов, сколько-то автомехаников и еще немного дантистов, сварщиков и работников сельского хозяйства». После чего миграционная служба стремится заполнить пустующие рабочие места, давая разрешение на въезд людям соответствующих специальностей. Чуть более сложно дела обстоят в США. У них есть специальный тип визы - H1 – гарантирующий гостю страны право работы. Причем, о предоставлении визы должен позаботиться потенциальный работодатель, объяснив правительству в лице миграционной службы, почему у них нет шансов найти подобного специалиста на месте, без привлечения зарубежных сотрудников. Именно таким образом в Америке в наше время поселилось значительное количество индийских программистов.
И, кстати, не только индийских, если верить следующему пассажу: “Consider the benefits due to these foreigners who came to the United States, many of them on H1-B visas: Sameer Bhatia, who founded Hotmail; Sergey Brin, who co-founded Google; Alfred S. Chuang, who founded BEA Systems; Vinod Khosla, who co-founded Sun Microsystems; Vinod Dham, who designed the Pentium chip; Linus Torvalds, who invented Linux; Anders Hejlsberg, who architected the C# language; and James Gosling, who developed the Java language.” Переводить не буду; сам текст был опубликован в контексте споров о том, отнимают ли люди, работающие по этой визе, работу у коренных американцев. Замечу только, что все вышеперечисленные персонажи явно благотворно сказались на американской экономике.
В общем-то, остается только повторить: пускай работают, платят налоги и спят спокойно.
Однако, если бы все мигранты относилесь к этой группе, националисты всех мастей и разновидностей молчали бы себе в тряпочку и не поднимали бы заметного шума.
По поводу другой части переселенцев у меня есть масса вопросов, ответов на которые я просто-напросто не знаю. Честно. Теряюсь и все тут!
В качестве примера приведу мусульманское меньшинство во Франции. Которое уже дважды отправлялось громить окрестности, побуждаемое пламенными речами своих духовных лидеров. Большинство из этих людей попало во Францию на совершенно законных основаниях, пользуясь неожиданно проснувшимся у французов чувством вины за оккупацию Алжира. И которое не прониклось великими идеями гуманизма и либерализма – для того, чтобы органично влиться в западное общество. Аналогичная ситуация, кстати, наблюдается не только у французов: еще не успели утихнуть страсти по поводу снятого голландским парламентарием фильма, показывающего мусульман в совсем даже неприглядном свете.
Не будем углубляться в тонкости и хитросплетения того, как нелояльная к принимающей стране публика получает гражданство. Так получилось, и теперь остается только думать о том, как с этой ерундой бороться. Именно тут у меня и есть те самые вопросы, на которые я сама ответить не могу.
Казалось бы, самым логичным было бы запретить соответствующую идеологию. После чего, на основании изменившихся реалий преследовать то самое неудобное меньшинство. Однако это противоречило бы самой идее свободного общества. Вот давным-давно, в начале девяностых, мне доводилось слышать следующие мнения: «Всех коммунистов нужно посадить, а еще лучше расстрелять – во имя демократии, плюрализма и свободы слова!». Безотносительно отношения к коммунистам, у меня возник глупый вопрос: какая же это получается свобода и мнений, если представители какого-либо из политических лагерей будут репрессированы. На что получила блестящий ответ, что я маленькая и глупая. И что вырасту – сама пойму. Выросла. Не поняла. Ну и ладно, в наше время такие радикальные либерально-демократические предложения уже не высказываются.
Вообще-то, лично я считаю, что свобода слова должна быть абсолютной. И наказывать следует исключительно за действия. Потому что иначе цензура никуда не денется. А откровенные глупости, равно как и всевозможные экстремистские выступления можно и нужно опровергать, держа (даже пусть на службе у государства) некоторое количество демагогов-пропагандистов. И таким образом, петровское «чтобы глупость всякого была видна» дойдет и до рядовых обывателей.
Но вернемся к нашим баранам. Есть группа нелояльных к государству граждан – это утверждение можно, пожалуй, отнести к любой стране, кроме Микронезии. Нелояльных – не в смысле спорящих о том, как обустраивать дальнейшую жизнь: для таких вопросов существуют парламенты и партии со всевозможными политическими платформами. А нелояльных – в смысле подвергающих сомнению само существование страны. Такие субъекты, пусть и вызывающие неприятие у основной массы населения, имеют значительное влияние среди своих обособленных групп меньшинств. Мне кажется, что сами высказывания подобного толка совершенно не вредно доводить до сведения всего населения: пускай знают, кто есть кто в их стране. Проблема заключается в том, что молодые придурки, наслушавшись описываемой риторики, идут громить магазины, взрываться в метро и в автобусах, и совершать другие, абсолютно противоправные деяния.
Как показал опыт последних лет, попытки утихомирить таких вот внутренних врагов при помощи подачек, дотаций, разрешений на въезд дополнительных людей из этой группы не дают желаемых результатов. Что логично: это публика претендует на все. То есть совсем на все. И получая это по частям (а как еще можно назвать такие подачки?) понимает, что находится на верном пути. Ужесточение наказаний непосредственно к самим участникам безобразий результатов не дает: безобразники знают, на что идут. Наказывть террористов-самоубийц и вовсе бесполезно. Репрессии по отношению к их духовным лидерам нарушат принцип свободы слова, что непременно приведет к списку запрещенных к обсуждению тем, и к классическому вопросу «а судьи кто?». И на этом пути можно зайти непонятно куда.
Итак, самый главный вопрос: как же бороться с такими вот враждебно настроенными меньшинствами, не нарушая основных принципов свободы слова и мысли? И не скатываясь в банальный всеразрушающий национализм – рассматривая представителей каждого меньшинства как единое целое, объединенное неким зловещим и коварным планом?
На этом пока что хватит про государственное устройство. Я уже пишу текст про психологию поведения людей во время развода.
Вдогонку к предыдущему посту: разумеется, легальные мигранты порой приносят пользу приютившему их государству. Тут речь не идет о беженцах и прочих, принятых по гуманитарным соображениям: эти зачастую занимаются тем, что проедают всевозможные пособия и голосуют за левые партии, которым они обычно и обязаны своей новой родиной. Речь идет о специалистах, действительно нужных для развития промышленности и хозяйства. Например, в Канаде публикуются списки примерно следующего содержания: «нам нужно Х медсестер, У программистов, сколько-то автомехаников и еще немного дантистов, сварщиков и работников сельского хозяйства». После чего миграционная служба стремится заполнить пустующие рабочие места, давая разрешение на въезд людям соответствующих специальностей. Чуть более сложно дела обстоят в США. У них есть специальный тип визы - H1 – гарантирующий гостю страны право работы. Причем, о предоставлении визы должен позаботиться потенциальный работодатель, объяснив правительству в лице миграционной службы, почему у них нет шансов найти подобного специалиста на месте, без привлечения зарубежных сотрудников. Именно таким образом в Америке в наше время поселилось значительное количество индийских программистов.
И, кстати, не только индийских, если верить следующему пассажу: “Consider the benefits due to these foreigners who came to the United States, many of them on H1-B visas: Sameer Bhatia, who founded Hotmail; Sergey Brin, who co-founded Google; Alfred S. Chuang, who founded BEA Systems; Vinod Khosla, who co-founded Sun Microsystems; Vinod Dham, who designed the Pentium chip; Linus Torvalds, who invented Linux; Anders Hejlsberg, who architected the C# language; and James Gosling, who developed the Java language.” Переводить не буду; сам текст был опубликован в контексте споров о том, отнимают ли люди, работающие по этой визе, работу у коренных американцев. Замечу только, что все вышеперечисленные персонажи явно благотворно сказались на американской экономике.
В общем-то, остается только повторить: пускай работают, платят налоги и спят спокойно.
Однако, если бы все мигранты относилесь к этой группе, националисты всех мастей и разновидностей молчали бы себе в тряпочку и не поднимали бы заметного шума.
По поводу другой части переселенцев у меня есть масса вопросов, ответов на которые я просто-напросто не знаю. Честно. Теряюсь и все тут!
В качестве примера приведу мусульманское меньшинство во Франции. Которое уже дважды отправлялось громить окрестности, побуждаемое пламенными речами своих духовных лидеров. Большинство из этих людей попало во Францию на совершенно законных основаниях, пользуясь неожиданно проснувшимся у французов чувством вины за оккупацию Алжира. И которое не прониклось великими идеями гуманизма и либерализма – для того, чтобы органично влиться в западное общество. Аналогичная ситуация, кстати, наблюдается не только у французов: еще не успели утихнуть страсти по поводу снятого голландским парламентарием фильма, показывающего мусульман в совсем даже неприглядном свете.
Не будем углубляться в тонкости и хитросплетения того, как нелояльная к принимающей стране публика получает гражданство. Так получилось, и теперь остается только думать о том, как с этой ерундой бороться. Именно тут у меня и есть те самые вопросы, на которые я сама ответить не могу.
Казалось бы, самым логичным было бы запретить соответствующую идеологию. После чего, на основании изменившихся реалий преследовать то самое неудобное меньшинство. Однако это противоречило бы самой идее свободного общества. Вот давным-давно, в начале девяностых, мне доводилось слышать следующие мнения: «Всех коммунистов нужно посадить, а еще лучше расстрелять – во имя демократии, плюрализма и свободы слова!». Безотносительно отношения к коммунистам, у меня возник глупый вопрос: какая же это получается свобода и мнений, если представители какого-либо из политических лагерей будут репрессированы. На что получила блестящий ответ, что я маленькая и глупая. И что вырасту – сама пойму. Выросла. Не поняла. Ну и ладно, в наше время такие радикальные либерально-демократические предложения уже не высказываются.
Вообще-то, лично я считаю, что свобода слова должна быть абсолютной. И наказывать следует исключительно за действия. Потому что иначе цензура никуда не денется. А откровенные глупости, равно как и всевозможные экстремистские выступления можно и нужно опровергать, держа (даже пусть на службе у государства) некоторое количество демагогов-пропагандистов. И таким образом, петровское «чтобы глупость всякого была видна» дойдет и до рядовых обывателей.
Но вернемся к нашим баранам. Есть группа нелояльных к государству граждан – это утверждение можно, пожалуй, отнести к любой стране, кроме Микронезии. Нелояльных – не в смысле спорящих о том, как обустраивать дальнейшую жизнь: для таких вопросов существуют парламенты и партии со всевозможными политическими платформами. А нелояльных – в смысле подвергающих сомнению само существование страны. Такие субъекты, пусть и вызывающие неприятие у основной массы населения, имеют значительное влияние среди своих обособленных групп меньшинств. Мне кажется, что сами высказывания подобного толка совершенно не вредно доводить до сведения всего населения: пускай знают, кто есть кто в их стране. Проблема заключается в том, что молодые придурки, наслушавшись описываемой риторики, идут громить магазины, взрываться в метро и в автобусах, и совершать другие, абсолютно противоправные деяния.
Как показал опыт последних лет, попытки утихомирить таких вот внутренних врагов при помощи подачек, дотаций, разрешений на въезд дополнительных людей из этой группы не дают желаемых результатов. Что логично: это публика претендует на все. То есть совсем на все. И получая это по частям (а как еще можно назвать такие подачки?) понимает, что находится на верном пути. Ужесточение наказаний непосредственно к самим участникам безобразий результатов не дает: безобразники знают, на что идут. Наказывть террористов-самоубийц и вовсе бесполезно. Репрессии по отношению к их духовным лидерам нарушат принцип свободы слова, что непременно приведет к списку запрещенных к обсуждению тем, и к классическому вопросу «а судьи кто?». И на этом пути можно зайти непонятно куда.
Итак, самый главный вопрос: как же бороться с такими вот враждебно настроенными меньшинствами, не нарушая основных принципов свободы слова и мысли? И не скатываясь в банальный всеразрушающий национализм – рассматривая представителей каждого меньшинства как единое целое, объединенное неким зловещим и коварным планом?
На этом пока что хватит про государственное устройство. Я уже пишу текст про психологию поведения людей во время развода.
